А судьи кто? Те, кому нужно представить 1000-летний юбилей Софии Киевской «фальшивым»

Надежда НИКИТЕНКО (доктор исторических наук, профессор, заслуженный работник культуры Украины)

Кто станет спорить, что София Киевская — тысячелетняя святыня? Вопрос лишь в том, когда отмечать юбилей Софии, ведь летописи не дают точной даты ее основания. Дискуссия об этом идет без малого 200 лет и, казалось, конца ей не видно. Но сама София содержит данные, позволяющие говорить о ее возникновении во втором десятилетии ХІ века. Многолетние исследования собора позволили установить точное время его основания — 1011 год. Решением 35-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО (октябрь 2009 г.) и указом президента Украины В. Януковича от 11 июня с.г. «О праздновании 1000-летия основания Софийского собора» решено отметить этот юбилей в 2011 году.

Еще при подготовке указа ответственные представители Администрации президента (профессиональные историки) тщательно ознакомились с проблемой (в том числе и непосредственно в соборе), изучив все необходимые документы, аргументы «за» и «против». «За» — ученых из Национального заповедника «София Киевская», «против» — академика П.Толочко, его сына члена-корреспондента А.Толочко и их окружения. Концепция заповедника была признана убедительной, вышел указ. Понятно, что противников юбилея это не устраивает и они не оставляют попыток сорвать его. Ими развязана беспрецедентная и весьма агрессивная кампания по дискредитации решения ЮНЕСКО и указа президента. Я и мои коллеги подверглись настоящей травле с публичными оскорблениями и обвинениями в том, что мы, а вслед за нами «некомпетентные чиновники», дескать, обманули президента, подсунув ему заведомую «фальшивку», за которой якобы стоит «социальный заказ, религиозный, политический, административный». Получить более полное представление обо всем этом можно, зайдя на сайт http://millennium.nikitenko.kiev.ua.

Газета «ЗН» опубликовала материалы, в которых отражена позиция обеих сторон. Недавно в ней появился и весьма показательный образчик полемического творчества одного из оппонентов заповедника, ответ на который приведен ниже.

Опубликованный в «ЗН» материал Алины Бажал о дискуссии по поводу 1000-летнего юбилея Софии Киевской (см. «ЗН», №25 от 3 июля 2010 г.— «Храм с непредсказуемым возрастом, или Кто похвалит президента за юбилей Софии?») вызвал негативную реакцию одного из наиболее решительных противников юбилея — заместителя директора Института археологии НАН Украины Глеба Ивакина (см. «ЗН», №27 от 17 июля 2010 г.— «Псевдонаука рождает фальшивые юбилеи»). Журналиста обвинили в подаче «не очень корректного материала» — «произвольной «нарезке» из текстов с одной стороны и комментарии с другой».

Особое неприятие у Г.Ивакина вызвало обнародование того факта, что ни один из организаторов «антиюбилейных» акций (а таковых было уже несколько) вплотную не занимался Софийским собором и не имеет специальных работ по этому памятнику. В критических выступлениях и публикациях противников юбилея никто ни словом не обмолвился об этой неприятной для них ситуации. Взамен широкой публике навязывается мнение, что «мэтры фундаментальной науки» не могут принять «юбилейную фальшивку», состряпаную «дилетантами» — научными сотрудниками Национального заповедника «София Киевская», то бишь мной и моим коллегой, кандидатом исторических наук Вячеславом Корниенко. Поэтому у Г.Ивакина вызвал раздражение вопрос А.Бажал «кто же судьи?» и ее вполне корректное разъяснение, кто именно, с почтительным перечислением титулов наших оппонентов и упоминанием научных направлений, по которым они работают. Не ее вина, что среди них действительно нет ни одного специалиста по Софии. К слову, в научных учреждениях, которые представляют наши оппоненты — в академических Институте археологии и Институте истории — Софийский собор не являлся и не является предметом специального целостного исследования, а последние диссертации по нему были защищены несколько десятилетий назад — это работы С. Высоцкого о граффити Софии Киевской. Замечу, что С.Высоцкий наиболее активно изучал софийские граффити в пору своей работы в заповеднике, и эти исследования легли в основу его кандидатской и докторской диссертаций, что вполне закономерно. Причем исследования он проводил комплексно, что дало возможность всесторонне видеть любую конкретную проблему, а значит — наиболее объективно судить о ней. Поэтому и неправ Г.Ивакин, порицая меня за «широкий профиль» моих исследований Софии, ведь невозможно изучать ее историю, архитектуру, живопись и т.д., так сказать, «по отдельности», вне целостного видения памятника и общего историко-культурного контекста эпохи. А вот наш критик как раз и ратует за то, чтобы Софию изучали специалисты по конкретным направлениям науки — «архитектура, археология, живопись, летопись». Кто же против? Пусть изучают, но ведь и этого сегодня практически нет, а то немногое, что есть, — явно желает лучшего, ибо каждый раз наталкивается на противоречия из другой области знаний о Софии. В принципе, Г.Ивакин — типичный адепт позитивизма, утверждающего, что все подлинное («положительное») знание может быть получено лишь как результат функционирования отдельных наук. Такой подход лет 100 как устарел, современная мировая наука зиждется на комплексной методике изучения гуманитарных проблем. Судя по всему, наш критик слабо ориентируется в понятии «научная методика». Иначе не возмущался бы объяснением В.Корниенко его методики исследования граффити. Ведь Корниенко говорит (насколько это позволяет газетное интервью) не просто о способе их фотографирования, как утверждает Г.Ивакин, а о приемах выявления и прочтения граффити с учетом их палеографических особенностей. А методика и есть совокупность приемов для решения тех или иных задач. К этому добавлю, что В.Корниенко впервые начал читать граффити фронтально (а не выборочно как раньше), исследуя сантиметр за сантиметром поверхность стен. В чтении и трактовке граффити он учитывает и богослужебные особенности архитектурного объема, где найдено граффити, и сюжет фрески, на которой оно написано, и взаимосвязь граффити с расположенными рядом надписями.

Это дало поразительные результаты: если за все предыдущее время в Софии было найдено 311 надписей, то на сегодня их насчитывается около 2500. Исследована приблизительно треть поверхности стен, поэтому мы ожидаем найти не менее 5000 граффити. Обнаружены целые группы ранее не изученных надписей: на латинском, украинском, польском языках — они содержат уникальную информацию! Но, конечно же, самые ценные — это граффити древнерусские, поскольку они существенно пополняют свод письменных источников, круг которых, казалось бы, давно очерчен. Найдены древнейшие граффити с датами 1018/21, 1019, 1022, 1028, 1033, 1036 годы. Эти граффити опровергают летописные даты основания Софии в 1037-м и даже в 1017 году. В то же время они надежно подтверждают концепцию основания собора в 1011 году, концепцию, которая строится на комплексном изучении письменных источников, архитектуры и живописи собора. Напомню, что в монументальной живописи собора, особенно в светских фресках, четко прослеживается прославление княжеской четы его заказчиков — Владимира и Анны. Так, на княжеском портрете в центральном нефе изображена семья Владимира и Анны, а не Ярослава и Ирины, на фресках лестничных башен, ведущих на княжеские хоры, запечатлено заключение династического брака четы крестителей Руси. Эти выводы, ставшие результатом многолетних исследований Софии, положены в основу моих диссертаций, монографий, более двухсот научных статей, выступлений на многочисленных международных конференциях.

Пытаясь как-то завуалировать отсутствие собственных научных наработок в исследовании Софии, Г.Ивакин огорошивает читателя шквалом уничижительных «эпитетов» в адрес оппонентов: «дилетанты», «фальсификация», «буйная фантазия», «сознательный обман», «произвол над источниками», «полная некомпетентность» и т.п. Такой стиль критики в академических кругах обычно не практикуется, но вот в отношении музейных работников Г.Ивакин (как, впрочем, и его идейные сотоварищи) себе такое позволяет. Что это — корпоративный «академический» снобизм или не лучшие привычки человека «при должности»? Все это не ново: чванство и попрание человеческого достоинства благополучно перекочевали из тоталитарных времен. Читаешь — и буквально окунаешься в удушающую атмосферу погромных академических разборок с инакомыслящими. Оттуда же и попытка публично очернить человека, бросить тень на его репутацию.

В этой связи хочу спросить Г.Ивакина: что он имеет в виду, когда намекает, мол, в научных кругах известно, что и как я защищала по собору. Один лишь намек — и глядишь, пройдет слух о каких-то тайных махинациях, связанных с защитой моих диссертаций. Но мне скрывать нечего. Обе диссертации, написанные по Софии после многих лет работы в ней — кандидатскую и докторскую (кстати, изданные) — я защищала публично в двух солидных академических институтах Москвы и Киева. Зачем же чернить вместе со мной и уважаемых ученых, проголосовавших за меня? Неужели я ухитрилась всех обмануть, подкупить, запугать? Вот и моего коллегу — молодого талантливого и чрезвычайно трудолюбивого ученого В.Корниенко Г.Ивакин пытается третировать таким же способом: он, дескать, «дилетант в палеографии и лингвистике. Защищался по туризму! Старославянского языка — фонетику, падежи, склонения, согласования и другие премудрости пока просто не знает». Надо же, как Г. Ивакин все сходу определил, сам ничего в этой области не исследовав! А то, что Корниенко интересуется софийскими граффити со студенческой скамьи, последние пять лет изучает их профессионально, что уже издал по ним монографию и более двух десятков статей в украинских и зарубежных научных изданиях, выступал на многих международных конференциях, — разве это говорит о нем как о дилетанте? Да и защищался он не где-нибудь, а в Институте истории НАН Украины по специальности «история Украины», и предметом его исследования стали памятники истории и культуры. Именно в них он изучает граффити.

Настраивая читателя против юбилея, Ивакин прозрачно намекает, что кто-то якобы хочет нагреть на этом руки: «На празднования выделяются десятки миллионов бюджетных денег. Два юбилея заповедник отмечал совсем недавно — в 2004-м и 2009-м годах». Замечу, что никакие бюджетные деньги на эти юбилеи заповедника не выделялись. Что касается 1000-летнего юбилея Софии — пусть читатель познакомится с указом президента и узнает, что деньги запланировано выделить на ремонтно-реставрационные работы в Софии. Чем же это плохо? И не стоит наносить «удары ниже пояса», живописуя тревожную реакцию на решение ЮНЕСКО «профильных организаций — Министерства культуры и туризма, НАН Украины, Национального комитета ICOMOS». Эту тревогу они забили «с подачи» П.Толочко, взбудоражившего своими письмами всех и вся. Почему не называются другие организации, поддержавшие это решение? Например, Институт археографии и источниковедения НАН Украины, Министерство образования и науки, Министерство регионального развития и строительства, Министерство иностранных дел? Разве они менее «профильные»? А кем и как была организована упомянутая Ивакиным петиция «участников Международного византийского симпозиума», которые «были в шоке от новой даты», известно. Речь идет о коллективном письме международного научного семинара «Архитектура Византии и Древней Руси ІХ — ХІІ вв.», состоявшегося в Эрмитаже в ноябре 2009 года. Письмо организовано сотрудником Эрмитажа О.Иоаннисяном, который вместе с Г.Ивакиным совершил «открытие», превратив Десятинную церковь из великолепного крестовокупольного храма в архаичную провинциальную базилику. Подписали письмо лица, совершенно неизвестные как исследователи Софии, более того — никто из них даже не упоминается в публикациях о ней. В письме они (или от их имени О.Иоаннисян) предложили «ввести мораторий» на празднование 1000-летнего юбилея Софии в 2011 г. Дальше уже некуда… Сомневаюсь, что сия одиозная петиция выражает единодушное волеизъявление ее подписантов. Нет никаких сомнений, что за всем этим стоит определенная группа людей, желающих «править бал» во всех вопросах, связанных с наукой о Древней Руси.

Что же касается выпадов Г.Ивакина в адрес моих и В.Корниенко исследований, то эони строятся не на его научных изысканиях, а либо отталкиваются от чьих-то кулуарных мнений, либо строятся на перевирании наших работ, искаженно пересказанных взятых у нас интервью и т.п. Вот уж действительно «нарезка» из разговоров и текстов. Это что — «академические критерии доказательности», за которые так ратует Ивакин? Чего стоит, например, такая, направленная против В.Корниенко, фраза: «Проверка опытных палеографов показала, что на верное прочтение 8 букв приходится 40 ошибочных». Где, в чьей работе приведена эта статистика? Даже если бы и была приведена, нужно еще доказать, кто, собственно, ошибается. Поскольку сам Г.Ивакин не специалист в области изучения граффити, он ссылается на мнение авторитетов как на истину в последней инстанции: «Палеографы высшего разряда… с редким единодушием говорят о его ошибках в прочтении». «Изучение показало, что не существует ни одной надежно доказанной даты 10—20-х годов». И вновь возникают вопросы: какие именно палеографы, что конкретно они говорят, почему чудесно оказались в одно время и в одном месте, в чем и почему они единодушны, и опять-таки, кто же на самом деле прав? Все весьма туманно, зато решительно, а потому наводит тень на плетень.

Вся публикация Ивакина преисполнена гневных инвектив, напоминая записанную с голоса эмоциональную сумбурную речь. Он не слышит опубликованных А.Бажал наших ответов на слова оппонентов, вновь повторяя все те же выпады. Оно и понятно: человек разъярен (кто позволил?! как посмели?!), а сказать толково и по существу ему нечего. Вот он и советует читателю «для ясного понимания» обратиться к материалам упомянутого «круглого стола». Но для еще более ясного понимания предлагаю читателю познакомиться с нашими ответами на эти материалы, которые опубликованы на указанном сайте. Кстати, они уже вышли отдельной книгой — «Час заснування Софії Київської: пристрасті довкола мілленіума». Там читатель найдет ответы на все выделенные жирным шрифтом в публикации Г.Ивакина в «ЗН» постулаты, с помощью которых он пытается разрушить нашу концепцию. Пытается, и не более того. Не будем иллюстрировать здесь всю «силу» критических «аргументов» Г.Ивакина, ведь газета — не место для научных дебатов, да и какой смысл? Все и без того ясно: грубая обструкция 1000-летнего юбилея Софии Киевской не делает чести ни ему, ни представляемой им «непсевдонауке».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *